Продать квартиру: моя проблема такова: мне 20 лет, родители пьют, старший брат Андрей пьет, другой

Я пишу про алкогольную семью из своего опыта. И сразу затрудняюсь, так как меня почитывает мама, а теперь и сестра. По прежнему мне (внутри себя) нельзя выносить сор из избы.

Пару дней назад опять услышал от Ирины на группе, как стыд в алкогольной семье – море невыносимого стыда пьющего, отщепляется и проживается близкими – женой, родителями. А поскольку взрослые тоже часто не справляются с ним – этот стыд вручается детям. Тяжело писать. Даже слова не лезут.

Представляю, что это прочтет моя мама… Будет переживать. Вот это оно и есть. Этот стыд. Я до сих пор переживаю: «что скажут люди?». Я до сих пор храню эту семейную тайну. Хотя папы давно нет в живых.

Как это происходит? Как это чувства могут передаться «по воздуху»? Да так и могут.

В доме есть тайна.

Очевидный трэш – папа, периодически превращающийся в демона, бьющийся на машине, теряющий сознание, пытающийся покончить с собой, поджигающий деревянный дом в деревне, нападающий на тёщу, ползающий на четвереньках, как животное, мычащий, ломящийся в дверь, лезущий через забор в дом и падающий, наносящий себе травмы… – все это взрослые прячут от окружающих. И с детьми не обсуждают.

Есть беда – это да. Но ее не объясняют детям. Не могут. Не знают как. Но, главное, тайну надо скрывать от всех. Хотя все всё видят.

Алкоголик не справляется с жизнью и не справляется с самим фактом своей зависимости. Он отрицает этот факт. Он не справляется со своими ужасом, виной и стыдом. Просто делает вид, что ничего не происходит. Или что этого больше не повторится. И все отрицаемое по закону сохранения энергии не исчезает, а достается тем, кто максимально открыт чувствам. Детям.

Ребенок понимает… Я понимал, что это неправильно. Я видел разрыв между папой трезвым и папой пьяным. Я не мог про это говорить никому. Ни друзьям в школе. Ни учителям. Это значило бы позорить семью и папу. Ни бабушке – его маме. Ведь я ее так любил, и знал, что ей это невыносимо слышать. То есть мне никто не запрещал. Это как-то и так было понятно.

В алкогольных семьях дети травмируются конкретно и навсегда. С гарантией. Приобретая ряд личностных особенностей.

Первая из них – это именно этот самый пронизывающий тебя стыд, который даже не осознается. Тяжелое чувство омрачает жизнь и отношения с собой и окружающими. Он не осознается и не называется, потому что очень привычен, и он «не наш». Это отделенный от себя стыд алкоголика и взрослых. И нет шанса не наесться им и не облучиться этим стыдом детям.

Стыд мешает понять свою историю и детскую ситуацию, и подняться над ней. Человек живет, считая себя ненормальным. Ведь он реагирует на все не так, как окружающие люди.

Поэтому таким, как мы, очень помогает и психотерапия, и чтение хороших книг по зависимости – таких, как «Взрослые дети алкоголиков». Книга не то чтобы исцеляет.

Но позволяет увидеть свои особенности как типовой симптом детей из зависимой семьи, а не как персональную ненормальность. Мне в свое время ее посоветовала хорошая девочка, у которой была пьющая мать, и которую она похоронила в 17 лет.

Почти ничего не помню из книги, кроме чувств горя и облегчения одновременно.

Расскажу, как на меня повлияло детство в зависимой семье. Возможно, вы узнаете себя. А лучше за системным взглядом почитать тех же «Взрослых детей алкоголиков». Еще лучше – пойти на личную терапию. Адекватный Другой – тот, кто нужен, чтобы помочь вам засадить новыми деревьями выгоревшие пустоши вашего прошлого и вашей жизни.

Итак, как отразилось (в порядке прихода в голову):

  1. Много стыда. Важно, «что подумают люди». Это учит детей обращать внимание на мнение других, а не на свое. Мешает предъявляться – быть в центре внимания, быть заметным. Часто и много стыдно и за себя, и за других. Так, что и перестаешь это замечать. Одна из задач в терапии, например, вернуть себе способность замечать свой избыточный стыд.

    А потом и отказаться от него.

  2. Вина. И ответственность за другого. Алкоголик снимает с себя ответственность. Как бы отщепляет ее. Ответственность – такая штука, что кто-то ее все равно возьмет. Она не может лежать просто так (спросите руководителей – лидерство и ответственность не валяются на земле).

    Ребенок с магическим мышлением хватает ответственность автоматом. Он хочет справиться с проблемой, чтобы папа не пил. Например, он – то есть я, и моя сестра придумывали разные «приметы», что я сделаю, чтобы папа сегодня пришел домой нормальным. Формируются различные навязчивые ритуалы. Типа идти в садик и наступать только на определенные плиты на дороге и т.п.

    Дети алкоголиков становятся маленькими ответственными взрослыми с детскими глупыми мозгами и скудным опытом. А вина возникает автоматом – я же не справился, приметы не сработали – папа по-прежнему пьет. В будущем эти дети легко будут чувствовать вину и ответственность и за себя, и за того парня.

  3. Склонность к контролю. Другого, мира, ситуации.

    Того, на что повлиять нельзя, как на пьющего родителя маленькому ребенку. Это и то самое «не могу спать, в интернете кто-то не прав». И ярость, когда что-то не соответствует моим ожиданиям. И сверхответственное отношение ко всему. И вера, что я должен со всем справляться. Что часто используют работодатели, зарабатывая на вас и вашей вине много денег.

  4. Пристальное внимание к поведению другого. Независимо от запаха перегара я различал условные 50 оттенков в изменении поведения отца, 50 оттенков его состояния и опьянения. Которые были чреваты различными последствиями. От просто мерзкого поведения до откровенно жуткого.

    Думаю, такая наблюдательность и внимание к поведению другого и привели меня в консалтинг, менеджмент, HR, а потом и неизбежно в психологию. С какого перепуга иначе так пристально вглядываться в другого?

  5. Недоверие к миру. Базовое. Мир крайне нестабилен. Мир – это хаос. Родители же – это целый мир. Почти боги.

    И вот твой бог – сегодня любящий и светлый, а завтра жалкий, послезавтра отвратный, а может быть и вообще – дьяволом. И это убеждение укрепляется день за днем, и год за годом. Отсюда крайне болезненная реакция на нестабильность – отмену планов, например. Кто-то становится навязчиво упорядоченным – в чем-то наводит порядок вокруг себя до сумасшествия. А в чем-то варится в хаосе.

    Знаете вот это: идеальный порядок на рабочем столе или на кухне, но бардак в отношениях или в голове…

  6. Недоверие к себе. Мы берем пример с родителей. Если мой отец был нестабилен и не мог на себя рассчитывать, откуда я знаю – что я сам могу «отмочить»? Могу ли я себе доверять и опираться на себя? Эти сомнения портят жизнь.

    С другой стороны, сомнения – антидот от оголтелой и тупой уверенности в свой правоте. Они иногда подталкивают к поиску истины. К глубокому изучению вопроса. В любой сфере. Если трансформировать свой травматический опыт, навык сомневаться будет не лишним.

  7. Недоверие к другому. Это понятно. Самые важные другие нас подводили. Регулярно. Так регулярно, что это стало опорой.

    Не доверяй – не ошибешься.

  8. Кстати, о правде. Вранья вокруг детей алкоголиков, как я писал, много. Дети и сами врут. Врут окружающим, что все хорошо у них. Врут себе, что папа бросит пить и жизнь наладится. И при этом очень болезненно относятся к неправде. Или к тому, что «правда» изменчива. Поэтому в отношениях с нами не просто. Не прощаем обмана, необязательности.

  9. Болезненное восприятие, когда что-то не выполняется. Самые ценные детские мероприятия с папой – клейка модели корабля, обещанная рыбалка, путешествие или обещались и не выполнялись, или потом бросались. Когда что-то срывается – острая реакция – злость, обида.
  10. Агрессия. Много агрессии, резких, убивающих слов. Много оценки себя и другого.

    Много войны. И внутри и снаружи. Готовность к насилию. И применить его к другому, и ожидание его в свой адрес. Ведь мир в детстве раскололся на черно-белый. Папа пьяный – папа трезвый. Папа мирный, папа страшный. Много войны в жизни ребенка. Так формируется нездоровая погранично организованная структура личности.

    У нас в бывшем СССР, как говорят некоторые эксперты, до четверти населения таковы. Хотя в более здоровых местах это процентов пять от населения.

  11. Отношения. Мы тащим в них весь свой «бэкграунд».

    Нестабильность и жажда стабильности, недоверие и жажда довериться, надежда на спасение и убежденность, что все равно будет плохо, вина и обвинение, скрытность, желание контролировать, непримиримость к неправде или невыполнению обещаний, смене планов, чувствительность к перемене настроения партнера, агрессивность… Все это, мягко говоря, не очень помогает строить гармоничные длительные отношения.

  12. Много горя. Часто оно «под спудом». Скрыто под депрессией или злостью. За это горе уже никто не отвечает. Точно не наш сегодняшний партнер. Горе вполне объяснимо. Ведь у нас по сути было потеряно детство. Зато компенсаторно мы проявляем много любви к своим детям.
  13. Одиночество, нежелание впускать людей в свою жизнь. В детстве я никого никогда не приводил из друзей домой. Сам не знал, почему. Забыл, что изначально боялся, что они увидят отца пьяным. Смотри п. 1. До сих пор я не люблю гостей, не люблю компании, междусобойчики, хотя со стороны так не скажешь. Ржу и валяю дурака. Но всегда стараюсь слиться с вечеринки. Мне там некомфортно.
  14. Черный юмор, цинизм, пессимизм, множественный сарказм. Это понятно.
  15. Пессимизм. Так тяжело переживать очередное крушение надежд, что лучше заранее приготовиться к худшему. Вера в плохой исход становится опорой и привычкой. С одной стороны, «выживают», конечно, «…параноики», с другой – как-то невесело так жить. И работать. Без веры в хороший исход двигаться тяжело и начинать что-то новое непросто.
  16. Непереносимость неоднозначности жизни, людей, мира. Пытка то трезвым, то пьяным папой и невозможность совместить их в детском сознании в одном человеке, приводит к склонности видеть мир и людей плоско и однозначно. Хорошо-плохо. Зато мы точно знаем, что демоны есть в каждом человеке. И в себе тоже. Не понаслышке. Если удается в терапии переварить это, то выходит хороший жизненный опыт.
  17. Мы часто долго терпим невыносимые условия, и находимся рядом с невыносимыми, разрушающими нас людьми. Почему? Как почему… Потому что так надо. Потому что а как иначе? Пример второго родителя. Который терпел, спасал и не бросал своего партнера. Как мама надеялась спасти папу, так и я должен нести свой крест. И в несчастливом браке, и на ужасной работе с ужасным начальником. Опять же, если долго терпим, потом взрываемся выплеском агрессии. Осколками убивая всех вокруг.
  18. В то же время, чтобы спастись от кошмара мы с детства научаемся «отсекать» внутри себя близких людей. Чтобы выносить невыносимого папу, его нужно убить в себе – то есть убить в себе чувства к нему. И вот, став взрослыми, мы можем быстро и привычно вычеркнуть любого человека из своей жизни, как будто его и не было. С одной стороны, хорошо же – «и так будет с каждым!». С другой, мы неуклонно движемся к одиночеству.
  19. Мы обязательно несем в себе механизм зависимости. Я могу не пить алкоголь, но зависимость проявится в чем то другом. Ведь есть сто тысяч и 50 оттенков зависимости.
  20. Тяжело планировать. Ведь все наши планы могли разрушиться. Оставалось сидеть и ждать, пока в комнате смеркалось: какой придет папа, когда мама в вечернюю смену? Как пел Дядя Федор «мама на работе, папа где-то пьёт»…
  21. Бросание начатого. Вот надоело мне писать это уже. И фиг с ним. И так много. Бросил. И не буду доделывать… Трудно делать системные большие проекты, такие как семья, например, отношения, бизнес. Либо они делаются на диком усилии и напряжении «скрипя зубами, и продвигаясь на четвереньках», что рано или поздно приводит к бросанию или непосредственному или «по уважительной причине» – скандал, запой, болезнь, смерть.

Кто причастен, тот узнает что-то свое или добавит, что я упустил.

И какая же тут мораль?

Сейчас я верю, что с «этим» (читай: «я», «моя жизнь», «моя история», «мое будущее») можно что-то сделать. Больше того! Оно (читай «я», «моя жизнь», «моя история», «мое будущее») ждет от меня, что я что-то сделаю с ним.

Леонид Кулик

Брат с женой выжили меня из квартиры, а мама требует, чтобы я помогла им купить квартиру

Брат всю жизнь был хитро**** и крутил мамой, как ему хотелось. Поэтому мама закрывала глаза, когда меня методично выживали из нашей квартиры, ни слова не сказала, только глаза прятала. А теперь требует, чтобы я помогла семье брата, ведь у меня такая возможность есть.

Женька, мой брат, женился чуть ли не сразу после армии. Денег нет, работы нет, зато жена есть. Куда же привести молодую жену? Правильно, в мамину трешку. Мне на момент скоропостижной свадьбы было пятнадцать лет. 

Так как квартира трехкомнатная, особых проблем с размещением молодых не возникло — поселились они в комнате брата. Но проблема заключалась в другом — ни брат, ни его новоиспеченная супруга не собирались хоть как-то участвовать в поддержании чистоты в доме. При этом оба находились в поиске работы.

Мама по этому поводу им ничего не высказывала, не хотела прослыть «свекоброй», а на мои требования, чтобы они хотя бы за собой посуду мыли, уходили в пустоту. Иногда на них, правда, нисходила какая-то благодать и они могли убраться, но происходило это очень редко. А после того, как они устроились на работу, так и вовсе прекратили.

— Я тебя кормлю вообще-то, будь благодарна! Уж не переломишься убраться, — говорил брат. Хотя кормила меня мама, а никак не брат со своей копеечной зарплатой. 

Наташа, жена брата, считала, что может спокойно приходить ко мне в комнату и брать все, что ей вздумается. Я была бы не против, если б она хотя бы спрашивала, а потом возвращала вещь в том же состоянии, что и брала. Но Наташа спокойно могла потерять или испортить вещь. Потом пожимала плечами «ну так получилось, прости». 

Жалобы маме никакого эффекта не давали. Мне советовали не выдумывать проблемы и не докапываться до брата. В результате я просто стала прятать самые важные для меня вещи в шкаф, который закрывался на ключ, а ключ носила с собой. 

Но оказалось, что все это было еще цветочками. Ягодки пошли, когда Наташа забеременела. Мне было заявлено, что моя комната больше, поэтому я должна поменяться с братом и его женой.

— Нам скоро кроватку ставить надо будет, а у нас не развернешься, — говорил брат.

А я не хотела в его комнату, мне и в своей было хорошо. Но мама настояла на том, чтобы я переехала. Я скрипела зубами, но спорить было бесполезно. Мое мнение никого не интересовало.

Когда Наташа родила, меня стали припахивать к уходу за племянником. Я была не против иногда с ним погулять, покачать, но не когда это превращают в мою обязанность. У меня выпускной класс, экзамены на носу, готовиться надо, а мне тут ребенка в руки суют.

— Ты целыми днями дома, неужели нельзя помочь? — Возмущался брат после очередной жалобы Наташи. — Тебя кормят, поят, одевают, будь хоть немного благодарна! 

Но тут уже даже мама встала на мою защиту, сказав, что у меня экзамены и мне надо готовиться. Брат насупился, но спорить с мамой не стал. 

Я поступила в университет, но продолжала жить дома, потому что в общежитие меня не заселили. Я старалась как можно реже появляться дома, чтобы не выслушивать постоянных претензий брата и его жены. После первого семестра я устроилась подрабатывать, а на лето после первого курса устроилась уже на нормальную работу.

Второй курс начался нерадостно — Наташа снова объявила, что беременна. Поскольку меня дома почти не бывало, я приходила только ночевать, заботы о первенце были скинуты на маму. Ей же не сложно после работы еще и с внуком поиграть-погулять. А Наташа лежала с телефоном, ей было плохо. Брат же очень сильно уставал с работы. 

Естественно, мне было предъявлено, что я только о себе думаю, маме могла бы помочь, ей с внуком тяжело.

Но на эти вопли брата, которые достали меня уже до печенок, я ответила, что у ребенка есть мама и папа, которые должны им заниматься. Но ребенком занимаются кто угодно, кроме родителей.

Одна легла и лапки сложила в ожидании второго ребенка, а брат после работы делает вид умирающего лебедя.

— Наташа беременна, ей тяжело! А я после работы устаю, попробуй с мое поработать!

Наташа на третьем месяце, там еще живота не видно, и по магазинам она нормально ходит, не падает. А как с ребенком своим позаниматься — ой, плохо. Мама вот тоже работает, но это не мешает ей потом еще с внуком возиться, а брат, конь молодой, прям устал.

Ругались мы постоянно, потому что я устала от вечных наездов брата и его супруги, а мама не вмешивалась. Когда Наташа родила второго ребенка, им с братом пришла в голову идея, что детям нужно делать отдельную детскую. Делать ее планировали за счет моей комнаты. А я должна была перебраться к маме.

Я встала на дыбы. Тоже мне, придумали! Я взрослая девушка, у меня свои привычки, почему я должна делить комнатушку с мамой? Но брат наседал, потом подключилась мама.

— Ну какая тебе разница, поживешь со мной, что такого-то?

Я ей объясняла, что меня и так уже подвинули из моей комнаты, а теперь вообще лишают личного пространства. Брат вякнул, что в моем возрасте вообще пора жить отдельно, но я ему ответила, что в его возрасте да с двумя детьми тоже стоит перестать висеть на маминой шее. Чуть не подрались. 

В итоге меня достали и мама, и брат, я собрала вещи и съехала, пусть как хотят. Ни брата, ни маму не интересовало, куда я поехала, где я живу. Они не спрашивали, а я не рассказывала. Одно время вообще не общались, но потом отношения с мамой восстановились.

С тех пор прошло уже десять лет. Я вышла замуж, у меня есть сын. Мы с мужем открыли свое небольшое дело, которое развиваем. До миллионеров нам еще пахать и пахать, но доход постоянный и нам хватает.

А брат с семейством все также живет с мамой. У них уже трое детей, Наташа работает очень эпизодически, брат получает копейки, мама тащит эту кодлу на свою зарплату и пенсию. Я иногда приезжаю в гости к маме, но племянникам привожу какие-нибудь гостинцы. Ни с братом, ни с его женой я не общаюсь, не о чем.

Недавно мама начала меня уговаривать помогать семье брата материально. 

— Ведь так тяжело живут, трое деток! Им тоже своим домом жить хочется, да и мне покой уже нужен.

— Так разменивайте трешку, в чем проблема? Ты купишь себе однушку, на оставшиеся деньги они пусть берут ипотеку.

— Ой, что ты! Какая им ипотека, кто ее даст, а платить они как будут? Они и так концы с концами еле сводят. Вот если бы ты им помогла купить квартиру, по-родственному…

Классно придумали, меня в свое время на улицу выжили, а я теперь должна им помогать купить квартиру, потому что ипотека — не их вариант. Естественно, я отказалась. Достаточно того, что я «забываю» про свою долю в квартире. 

Но мама не успокаивается, она считает, что я обязана помочь, раз такая возможность у меня есть. 

— Ну вы же родня, что ты, родному брату не поможешь? — Всплескивает руками мама.

— А он мне сильно помог? Он в своей жизни хоть что-то для меня сделал? А для тебя? Он наплодил детей и в ус не дует, усадив все свое семейство тебе на шею. Если тебя это устраивает — терпи, а я в этом участвовать не буду.

Но мама не успокаивается, из раза в раз пытаясь уговорить меня помочь брату с квартирой. Предлагала купить квартиру ей, а она тогда бы эту оставила брату и его семье. Но я не собираюсь и этого делать. У мамы есть возможность обзавестись своим жильем, но она не хочет, чтобы сыночек лишний раз напрягся, хочет, чтобы все готовенькое уже было. 

Мне понятны мамины желания и самой пожить в покое, и брата упаковать со всех сторон. Но не за мой счет. Я и так достаточно помогла уже тем, что не требовала себе помощи, хотя иногда она была мне очень нужна. А там и так все нормально, только кое-кому надо чуть напрячься.

В рубрике «Мнение читателей» публикуются материалы от читателей.

Мой брат умирает,он в коме..

мне не нужны соболезнования и прочие, дочитайте пост до конца. мозг брата стал как каша, почки, печень, селезёнка всё это разлагается… эта болезнь называется алкоголизм.

алкоголизм который длиться три поколения!!! она не лечится медикаментозно, а тем более ни какими кодировками, это временно глушит, всё это поставлено на поток выкачивания денег из клиентов алкоголиков, но потом всё повторяется с новой силой. пока алкоголик сам себе не скажет хватит и не поборет свои ломки, всё будет продолжаться в плоть до летального исхода.

мой дед воевал, тогда все фронтовики пили, это было обычным средствам для снятия стресса, потом после войны у многих был диагноз реактивный психоз, многие из них до конца дней во сне в атаку ходили, дед пил потому что надо было заглушить, потом это вошло в привычку, бабушка от него всё время пряталась, во время запоя у него ехала крыша и он мог убить.

у них родилось 6 детей, в том числе и моя мама. Дед по доброте душевной пристрастил к водке пятерых детей, мою маму эта участь миновала лишь потому что ей приходилось растить братьев и сестру, заниматься хозяйством… ей некогда было даже думать о » выпить».

на данный момент статистика такова: у старшего брата во время запоя случился инфаркт — он умер. его сын избежал этой участи лишь потому что ему было 4 года когда отца не стало.

средний брат умер, пил со своей женой очень сильно, дети были просто брошены, их дочь уехала и тем самым избежала этой же участи, а вот сын умер от алкоголизма, он другой жизни просто не знал.

четвёртая сестра вышла за муж за такого же мужика как и её отец. они пили сильно, потом резко бросали пить и год копили добро, ковры, шмотки золото, а когда всё это было полная чаша, конечно же всё спускалось, всё это видел их сын( он в коме сейчас), год назад умер её муж — тоже алкоголизм. и даже это её с сыном не остановило!

младшие два брата тоже пили, но одному повезло он встретил хорошую женщину, он так и зовёт её ЛУЧИК), а другой брат время от времени продолжает иногда срываться пить. у этих братьев родились по дочке и девчонки росли отдельно от всей семьи, поэтому их пьянка миновала.

А теперь ПОДЫТОЖИМ ОПЫТ ТРЁХ ПОКОЛЕНИЙ. 1) алкоголизм будет продолжаться до тех пор пока дети видят как пьют их родители, и соответственно продолжат эту же жизнь, потому что другой они не знают. 2)алкашей жалеть нельзя, а тем более приносить свою жизнь в жертву в надежде на спасение и на то что алкоголик исправиться- это бред.

3) да есть исключения когда дети смотрят на жизнь своих родителей алкашей и понимают что так они жить не будут.

4) даже если вы любите алкоголика- бегите, бросайте, уходите РАДИ ТОГО ЧТОБ ЭТА ЖЕ УЧАСТЬ НЕ ПОСТИГЛА ВАШИХ ДЕТОК, поверьте малыши рождаются чистыми душой, а уж всё остальное закладывается в воспитание взрослыми и окружающим миром.

В чужом живут похмелье: как не сойти с ума в квартире с алкоголиком

В Ставропольском крае произошло бытовое на первый взгляд преступление — сын убил пьяного отца на кухне.

Особенность ситуации в мотиве — выяснение отношений началось из-за претензий предполагаемого убийцы к погибшему по поводу его аморального образа жизни и пьянства. Подобные сведения счетов между родственниками не редкость в стране.

Жить с маргиналом годами в одной квартире — тяжкое испытание. Что происходит с психикой родных дебоширов и как законным способом избавиться от соседства с пьяной угрозой — разбирались «Известия».

За этим типичным, что не отменяет всего ужаса происходящего, сценарием расправы внутри семьи стоит страшная социальная проблема — невыносимая жизнь с алкоголиком. Отнюдь не все любители спиртного — тихие выпивохи.

Алкоголики рано или поздно начинают вторгаться в пространство своих близких. Начинают приводить домой компании, вынуждая своих близких так или иначе разделять свой образ жизни. Одни против воли начинают пить за компанию, принимают правила тирана.

Другие, напротив, начинают борьбу, которая, как в случае на Ставрополье, может окончиться трагедией.

Преступление было совершено в хуторе Демино Шпаковского района Ставропольского края в ночь на 15 февраля. 28-летний сын начал высказывать претензии по поводу вечных запоев своему 57-летнему отцу. Дошло до драки, в которой молодой человек одолел своего родственника. От причиненных побоев глава семейства скончался.

Такие преступления, увы, не редкость. Похожая как две капли воды трагедия разыгралась в Омске пять лет назад. Как сообщал «5 канал», побывавший тогда на месте происшествия и следивший за процессом 37-летний мужчина вырос с отцом-алкоголиком, но образ его жизни никогда не разделял.

Издевательства он терпел на пару с матерью. Все в подъезде знали о семейной беде и молча сочувствовали матери и сыну — дебоши покойный учинял и днем и ночью. Сын, повзрослев, пытался повлиять на отца, но тщетно. Не выдержав очередной выходки отца, сын в порыве ярости здорово его избил.

«Думала, что всё обойдется. Моя ошибка, что я не вызвала скорую помощь. Он хрипел, но дышал. Думала, что это храп во сне», — рассказала жена погибшего. Она рассказала следствию, что муж ежедневно провоцировал сына своим поведением. И тем не менее закон предписывает суровое наказание за причинение тяжких увечий, повлекших смерть.

Конфликт с алкоголиком глазами психолога

Личность человека, страдающего алкогольной зависимостью, меняется по принципу «чем дальше, тем хуже», считает криминальный психолог Виктор Лютых.

«Психиатры отмечают, что в начале заболевания заостряются характерологические особенности человека, он становится как бы шаржем на самого себя. Например, если человека было легко задеть, то с развитием болезни он начинает вспыхивать по поводу и без.

Если отличался демонстративностью, то болезнь делает его истериком, совершающим кричащие поступки на публику, и так далее.

Позже с развитием болезни происходит деградация личности: человек утрачивает критику к себе, его интеллектуальные возможности существенно снижаются, он перестает соблюдать моральные нормы», — обрисовывает портрет семейного тирана-алкоголика специалист.

Возмущение окружающих действиями алкоголика понятно: человек внешне здоровый, с головой, руками и ногами, а ведет себя неадекватно, на слова не реагирует.

Однако те, кто пытается исправить его уговорами, не всегда понимают, что развивающаяся болезнь со временем лишает его способности критично оценить свое состояние и изменить поведение, говорит собеседник «Известий».

Поэтому уговоры-угрозы, эффективные для нормальных людей, в отношении страдающих зависимостью зачастую бесполезны.

Жизнь людей под одной крышей с алкоголиком тяжела и опасна.

«Это постоянный стресс, который истощает физически и психически. У окружающих формируются психологические защиты, успешные и не очень (например, тоже начинают пить). Может возникать стойкое ощущение безысходности, беспомощности. Возможно развитие эмоциональной неустойчивости, повышенной раздражительности, импульсивности и других расстройств.

Родные и близкие зачастую испытывают противоречивые чувства: с одной стороны, любовь и жалость, с другой — отвращение и ненависть. Со временем последние начинают преобладать. Кто-то из близких продолжает попытки спасти, кто-то перестает бороться. А кто-то совершает действия подобные тем, которые произошли на Ставрополье», — говорит Лютых.

Бывает так, что алкоголик длительно и систематически избивает, оскорбляет близкого человека, а после очередного оскорбления жертва не выдерживает и нападает на обидчика. Если это будет доказано в ходе следствия, то обвиняемый вправе рассчитывать на снисхождение суда.

«Иногда такие действия жертвы могут быть квалифицированы как акт насилия (убийство или вред здоровью), совершенный в состоянии аффекта, и повлечь существенное смягчение наказания.

Для так называемого кумулятивного (накопившегося) аффекта, в частности, характерно: длительное накопление эмоциональной напряженности, субъективная внезапность «аффективного взрыва» в ответ на очередную выходку, сужение сознания и невозможность контролировать свои действия (во время «взрыва»), а также физическое и психическое истощение (после «взрыва»)», — поясняет эксперт.

Алкоголизм — болезнь семейная

Статистика ущерба от алкоголизма в стране, увы, ведется не так основательно, как хотелось бы. Есть лишь абстрактная цифра, говорящая о количестве потребляемого спиртного в России, объеме продаж, и данные о лицах, официально состоящих на учете в наркологических диспансерах. И хотя и эти значения заставляют задуматься о проблеме, реальная картина куда более пугающая.

Часть правдивых данных о беде скрывается за разрозненными цифрами — в сводках о многочисленных ДТП с пострадавшими и погибшими на дорогах, когда виновник был нетрезв; за тысячами пожаров, возникших из-за алкоголика, уснувшего с сигаретой; за немотивированными убийствами по пьяной лавочке и многими другими фактами. В том числе за многими и многими самоубийствами. Причем кончают с собой как алкоголики, так и их родственники, которые не могут в какой-то момент найти в себе силы жить дальше в страхе.

Человек сам выбирает свой путь, но это не дает ему права калечить жизнь ближнего. Так-то оно так, но страдания от употребления человеком спиртного в первую очередь испытывают нормальные люди из его окружения.

В эту игру, по подсчетам психологов, вовлекается в среднем до 16 человек (!).

Одни прикрывают алкоголика на работе, другие каждый раз спасают из передряг, третьи воспитывают, четвертые кормят, оплачивают его долги и т.д.

Не безразличным к судьбе алкоголика людям с этой карусели сойти очень сложно, особенно самым близким для пациента. В этом убедилась Александра — дочь и жена алкоголиков, согласившаяся рассказать свою историю «Известиям». Ей, по собственному признанию, удалось спастись от глубочайшей депрессии, наполнить свою семейную жизнь смыслом — в сообществе для родственников алкоголиков «Ал-Анон».

«С самого детства я жила в страхе перед возвращением папы с работы. Страх этот был на физическом уровне. Отца чаще всего привозили домой на машине, от него пахло алкоголем вперемешку с машинным маслом. У меня даже выработался рвотный безотчетный рефлекс на этот «букет». Мало того что он плохо пах, всегда начинался их скандал с матерью», — рассказывает о своем детстве Александра.

Она на собственном примере выявила ряд особенностей семьи алкоголика.

«Алкоголизм — это когда все молчат. Никто не понимает, что это болезнь, что виноватых по сути нет. Всегда ищется кто-то крайний, кто-то виноватый. Всегда на ком-то вымещается обида за сложившийся конфликт. Близким алкоголика всегда одиноко. Мне не с кем было поговорить. Лишний раз обращать на себя внимание было чревато.

В голове была иллюзия, что я могу что-то исправить. Я выслуживалась хорошими оценками в школе, чтобы не привлекать к себе негативного внимания. Казалось, что тогда будет более спокойная обстановка дома», — говорит Александра. Все эти представления оказались заблуждениями. Алкоголизм — это болезнь изоляции, говорит девушка.

«Очень быстро в нашем доме исчезли гости. Мама постоянно была в тревоге из-за отца, и в какой-то момент она запретила приводить знакомых в квартиру. Ко мне не могли прийти одноклассники. Иногда подруги заходили, но их нужно было бегом выпроваживать перед приходом отца домой», — говорит собеседница «Известий». Эти действия были продиктованы нежеланием выносить сор из избы.

Такая практика губительна, считает Александра, так как отгораживает людей от помощи.

«Даже выговориться о том, что накипело, а это 2–3 скандала каждую неделю, было некому. Действовало семейное табу», — говорит она.

Она вспоминает о том, как вылила бутылку водки, найденную у отца, в раковину, считая, что враг — внутри.

«Скандал был жуткий, досталось маме. Я пыталась заступиться, но меня никто не слышал в запале. Это был для меня урок на всю жизнь — бороться со следствием, отнимать у зависимого алкоголь бессмысленно», — вспоминает Александра.

Бессмысленными оказались и попытки, которые предпринимала ее мать, чтобы отвадить отца от употребления, — увещевания, обещания, скандалы и слезы — всё это оказалось пустой тратой времени и сил. Мужчина продолжал пить.

Мама Александры от отчаяния даже добавляла какие-то препараты в пищу, алкоголь, окончила курсы экстрасенсов, чтобы повлиять на главу семьи. Всё впустую.

Не помогло даже помещение мужчины (с его согласия) в реабилитацию — выписался оттуда через две недели.

Чтобы сбежать из домашнего ада, Александра быстро вышла замуж.

«Я давала себе зароки, что никогда не допущу ошибки матери. Но… вполне закономерно, я оказалась женой алкоголика», — продолжает девушка.

Постоянная жалость к себе, закрытость для друзей — так было на протяжении нескольких лет семейной жизни. Вдобавок ко всему муж начал поднимать руку на Александру, чего не позволял даже ее отец.

«Я всё так же пребывала в иллюзии, что своими призывами и действиями я помогу ему. Водила его за руку устраиваться на работу, расхлебывала финансовые проблемы. В какой-то момент у меня появилась мысль, что проблема именно во мне, в моем отношении к происходящему», — говорит девушка.

В тот момент, признается собеседница, жить ей не хотелось, наступила глубочайшая депрессии. «Думала, если меня не станет, то с кем останется ребенок? Это и придало тогда сил идти вперед», — говорит она.

Известный психиатр-нарколог, ведущий специалист в области семейной психологии Валентина Москаленко, к которой обратилась девушка, посоветовала в ее конкретном случае походить в группы самопомощи.

«Я не сразу последовала ее совету, признаюсь. Поворотным моментом стал разговор с человеком, который не видел меня три года. Знакомая в лицо сказала: «Во что ты превратилась? Ты же вся в страхах». Она была права, не хотелось даже элементарных женских радостей — платьице купить, например.

Только бесконечное чувство страха», — говорит она. Александра часами изводила себя мыслями о том, что, например, мужа убили, рисовала вероятные последствия того, что еще не случилось. После решающего разговора со своей знакомой Саша пришла в сообщество самопомощи для родственников алкоголиков.

Там ее тепло встретили те, кто понимал ее целиком и полностью.

«Ни лучшая подруга, ни даже мама не понимали меня так, как люди там. Когда они рассказывали о себе, о своих переживаниях, казалось, что они говорят обо мне. Они сказали мне в конце, если хочешь, приходи к нам еще. И ничего взамен не попросили. Так я продолжила ходить на эти группы», — рассказывает девушка.

Одна из главных рекомендаций, которую Александра получила, посещая собрания, заключалась в том, чтобы вернуть алкоголику его ответственность за поступки. «Близкие выполняют роль костылей для больного человека.

Но иногда нужно дать ему упасть, совершить ошибку и самому столкнуться с ее последствиями», — объясняет суть подхода девушка. Александра следовала рекомендациям других членов сообщества, и ситуация в ее семье стала меняться.

Нет, ее супруг не перестал употреблять алкоголь, увы. И тем не менее стал более ответственным.

«В какой-то момент я нашла в себе силы и поставила ему ряд условий. И, как ни странно, он согласился на них. Уже 2,5 года наша квартира — территория трезвости. Ни я, ни сын не видели всё это время его пьяным.

Если он хочет употреблять, он уезжает к друзьям, за город, куда угодно. Он сблизился с сыном, с которым раньше вообще не общался — оказывается ему можно доверить ребенка с уверенностью, что он не напьется.

Как мне кажется, он увидел, что я начала меняться сама, и потянулся за мной», — говорит Александра.

Личное дело каждого

Проблема болезненного пристрастия конкретного человека к алкоголю намного сложнее с точки зрения ее решения, чем та же наркотическая зависимость. Потому что стоит на стыке личных свобод человека и прав других граждан на спокойную жизнь.

«Закон не запрещает человеку сегодня пить спиртное в неумеренных количествах. Хотя именно в связи с этим нам часто жалуются люди. Но, по сути, мы безоружны в отношении пьяниц.

Понятное дело, если он появляется на улице в состоянии опьянения или распивает алкоголь, есть возможность его привлечь к административной ответственности. А в квартире — нельзя.

Но даже если бы это было можно, проблему всё равно протоколами не решить», — поделился опытом с «Известиям» столичный участковый с многолетним стажем работы.

«Раньше довольно эффективным инструментом был институт лечебно-трудовых профилакториев. Еще наставник рассказывал о том, что направить туда семейного пьяницу не составляло большого труда. Сегодня такое невозможно. Равно как и принудительное лечение от алкоголизма.

Несколько лет назад началась подобная практика в отношении наркозависимых — по решению суда их, вместо срока в колонии, обязывают пройти курс реабилитации. Сложно судить об эффективности такой меры. Но это хоть что-то. С алкоголем ситуация в этом плане патовая», — говорит полицейский.

По его словам, отсутствие правовых инструментов толкает участкового, который искренне хочет помочь людям, находящимся в плену у пьяных безумцев, на использование не вполне правомерных приемов.

«Часто обращаются жены, находящиеся в финансовой зависимости от алкоголика-мужа. Несколько раз удавалось воздействовать на таких агрессоров угрозами, что об их поведении в быту будет сообщено по месту работы. Хотя такая мера уже давно не предусмотрена законом.

Сложнее, когда жалуются пожилые люди на своих уже немолодых детей. Инструмент один — профилактическая беседа. Кто-то может испугаться только одной формы полицейского, а кому-то всё до лампочки. Заставить таких людей встать на путь исправления в 40–45 лет почти невозможно.

Хорошо если родители начинают бить тревогу и откровенно общаться с участковым, когда человек только начинает увлекаться выпивкой — в подростковом возрасте. В этом случае можно побороться за человека, исправить ситуацию.

Но, разумеется, каждый случай индивидуален», — говорит полицейский.

Изолировать от общества буяна, по его словам, можно лишь за совершение серьезного преступления.

Помогите, пожалуйста, хотя бы советом! Что делать, если оба родителя пьют?

Nina Мыслитель (5590) 15 лет назад

Они и не бросят — не надейтесь! Знавала я кучу семей — алкоголиков. Ладно еще, если один пьет, а другой пытается на себе всё тащить — тогда хоть дети под относительной защитой, но если оба пьют…

Очень близко столкнулась с этой проблемой на примере двоюродной сестры (она меня младше на на очень много лет). Родители — алконавты, они её 5-летнюю даже в погреб садили, чтобы есть не просила, не ныла. Закончилось тем, что бабуля её забрала себе и воспитывала.

Однако меня всегда удивляло то, что ребенок не мог долго находится у бабушки — слёзно просился к родителям, заступалась всегда, если их ругали. Сейчас ей 16 лет, ничего хорошего из неё не вырастет уже — такая же бичиха — алкоголичка.

В вашем случае, думаю, инициативу должен в руки взять старший брат (если норомальный он, конечно). Оберегать как-то сестру, стать для неё опорой и защитой. В семье моих знакомых так и было.

Брат намного старше, когда женился, забрал братика от пьющих предков и жена его поддерживала, такого парнягу вырастили! Хотя еще и свой ребенок был. Да и бабушка — забрала бы обоих, старший бы ей помогал. а то что будут проблемы создавать — так легче взрослому часть проблем взять на себя, чем ребенку все хлебать по полной. Вообще, самое ужасное на свете — это несчатные дети!

Arisha Просветленный (34577) 15 лет назад

есть какие-то психологические центры для таких детей. или советы попечителей. что-то в этом роде. поищите в тернете. куда могли бы пойти такие детки и где бы их защитили. я такого не знаю но если постараетесь то нете можно найти.

Александр Мастер (1727) 15 лет назад

Надо чтобы инициатива шла от 7 летней дочери. Брат взрослый пусть работает и заберёт сестру.других вариантов я не вижу, да и советовать пустое дело.

Пользователь удален Мастер (1435) 15 лет назад

Была бы бабушкой — забрала своих внучат к себе. И пусть алкаши оборутся! Дверь не открывать, вызвать милицию. Начать процесс лишения родительских прав. Да, сложно, но ситуация такая, что все сложно.

Пользователь удален Мастер (1163) 15 лет назад

Горе, большее горе. Бороться трудно. Чем помочь даже не знаю….Детей спасать надо, а не этих идиотов. Они все равно по-моему уже безнадежны. Может клинику хорошую? Опять же деньги…

Купите какое-нибудь лекарство рекламируют вот Пропротен, кажется. Пусть дети сыпят. А еще нужно ребятам сказать, что им хотят помочь и родителям в том числе. Хотя скажу честно, плевать родителям. Слезу пустят, покаются и за старое.

Одно могу сказать удачи вам и большого терпения. Главное спасите детей.

Пользователь удален Знаток (351) 15 лет назад

ужас

nara Мастер (1613) 15 лет назад

как я поняла дети уже взрослые(по крайней мере сын),так пусть идут к бабушке,а придут за ними пусть сын морду набьёт,если они из-за детей не хотят лечиться,то значит не достаточно любят их;и в конце концов пусть их поместят в клинику лечиться

Вилка Оракул (54691) 15 лет назад

Простите, а вы им кем доводитесь? Почему к себе не заберете? А насчет бабушки я согласна — пусть забирает, дети-то не новорожденные, старший уже волен решать, где и с кем будет находиться, да и не пойдут они пьяные детей забирать, им итак хорошо. Так что — к бабушке, безусловно.

bysinka polo Гуру (2501) 15 лет назад

думаю, что вот так со стороны трудно помочь, но ты держись и помоги своим близким, главное сделать все возможное, я очень надеюсь, что ситуация разрешиться и жизнь наладится, я от сердца желаю вам этого, берегите себя, любите себя, счастья вам и спокойствия

Ксения Пахорукова Гуру (3098) 15 лет назад Детей — к бабушке, быстро сменить там замок. На вопли дверь не открывать — и все. Обязательно обратиться в комиссию по делам несовершеннолетних и социальный отдел в управе, оставить заявление в милиции. И на каждую попытку «родителей» прийти и поскандалить писать заявление в милицию. Лишение родительских прав вданной ситуации — вполне возможно, т.к. родители не выполняют своих обязанностей по отношению к детям — не содержат, не создают приемлемых условий для жизни и учебы, и более того — создают опасность для жизни. Но нужны свидетельства соседей и родственников, чтобы такой иск прошел.Посмотрите в сети — тут много материала по лишению родительских прав. Кстати, это не так долго, как кажется.

Я лишала род. прав папашу своей подопечной — уложились в пару месяцев.

Оставьте комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.